Он предлагает взглянуть на проблему Газы в первую очередь с исторической точки зрения. Обычная тенденция заключается в том, что эта проблема возникла в итоге наплыва беженцев Войны за независимость 1948 года. Однако разумнее рассмотреть тысячелетнее географическое положение города, как важного пункта, лежащий между Азией и Африкой, между Месопотамией и Египтом.

Без того, чтобы продолжить свое существование в таком качестве, он не сможет вернуться в прежнее состояние. Даже после того, как в 1906 году была проведена международная граница между Великобританией (которая контролировала Египет с 1882 года) и Османской империей, движение через Газу не прекращалось. Создание Государства Израиль заблокировало этот древний путь, оторвало Египет от арабского востока и превратило Газу в тупик на краю египетской территории.

Израильско-египетский мирный договор в марте 1979 года значительно обострил проблему Газы. Одним росчерком пера президент Анвар Садат перевел проблему Газы исключительно в ведение Израиля. После того, как над Синаем был полностью восстановлен суверенитета Египта вплоть до международной границы 1906 года, Газа больше не могла развиваться на запад в потенциальное открытое пространство между Рафиахом и Эль-Аришем. Таким образом, сектор был перекрыт на египетском направлении и оставлен на пороге Израиля в качестве бомбы замедленного действия.

Итак, Садат стал инициатором преобразования Газы и Западного берега в одну «связку» и возложил на Израиль единоличную ответственность за решение палестинской проблемы на территориях.

Соглашения Осло 1993 года и создание Палестинской автономии еще больше обособили сектор Газа по сравнению с правительственным и экономическим центром в Рамалле. Поэтому обсуждение стратегического решения проблемы Газы должно начинаться с решения географической проблемы, ситуации, при который сектор превращен в территорию без выхода.

Даже если Израиль военным путем отстранит ХАМАС от власти, тяжелое положение в Газе будет продолжаться, и для этого потребуется решение, которое не может быть найдено исключительно в сфере ответственности Израиля.

С годами вопрос о цели наземной операции в Газе стал сложной дилеммой. Можно увидеть, насколько все изменилось, просто прочитав определение цели наступления в боевой доктрине ЦАХАЛа: «В результате наступления следует стремиться изменить существующую политико-стратегическую реальность, применив суверенитет атакующего государства к завоеванной территории».

В этом заключается основной вопрос, на который никто не в состоянии дать ответа последние десятилетия: надо ли Израилю завоевывать Газу и устанавливать там свое правление, как в дни до Осло?

Если нет, то военное поражение ХАМАСа требует ответа на вопрос, кому следует предоставить контроль над сектором. Должен ли Израиль пожертвовать жизнями своих солдат, чтобы преподнести Газу Махмуду Аббасу (Абу Мазену)? В конце концов, именно Ясир Арафат, предшественник Аббаса в качестве лидера ООП, превратил Газу в очаг терроризма.

Хакоэн подчеркивает, что те, кто стремится к победе в Газе, при этом выступают за полный уход с Западного берега, основывая свою готовность принять на себя риск безопасности, исходят из тех же четырех ключевых предпосылок, которые оказались провальными для Газы:

-Территориальное разделение, включая массовую эвакуацию еврейских поселений, определит границы, уменьшит точки трения и будет способствовать стабильности.

-Если стабильность будет нарушена, ЦАХАЛ нанесет упреждающий удар, который уничтожит угрозу со стороны будущего палестинского государства.

-Армия сможет устранить угрозу безопасности в течение нескольких дней.

— Вывод войск с Западного берега и прекращение «оккупации» обеспечат широкую международную поддержку израильских военных операций такого рода.

На основании этих доводов аналитик полагает, что решение проблемы сектора Газа заключается не в его объединении с Западным берегом и не в повторном возврате туда Израиля. Вместо этого центр тяжести для решения палестинской проблемы следует переместить из Рамаллы в Газу с целью создания экономических и инфраструктурных связей между Газой и ее историческим продолжением — Синайским полуостровом.

Отметим, что это не первое предложение такого рода, которое предполагает неформальное объединение Газы с Египтом. Этим ходом надеются решить две проблемы. Либо ослабить будущие палестинские образования, рассчитывая оторвать их друг от друга. Либо же, при более благоприятном варианте развития событий, вообще предотвратить создание отдельного палестинского государства путем возвращения Газы под контроль Египта, а Западного берега в урезанном формате — под контроль Иордании.

Собственно, такова и была первоначальная цель Израиля после победы в войне 1967 года. Тогда арабские государства не захотели согласиться с этим. Однако сейчас, несмотря на кажущееся ухудшение — ситуация складывается более благоприятно для Израиля. Палестинцы, как показало время, сами по себе явно не готовы к собственной государственности. В то же время Египет и Иордания уже долгое время живут в мире с Израилем. Многие другие арабские государства под угрозой войны с Ираном де-факто также наладили дипотношения с Израилем.

Если судить по некоторым утечкам информации, то мирный план Трампа вполне может содержать обещание решения экономических проблем палестинцев именно таким путем в обмен на отказ от политической независимости. В конце концов, «мир в обмен на деньги» звучит привлекательнее, чем  «мир в обмен на территории».

Владимир Поляк, «Детали». 

источник

 

Tags: , , , , , , , ,