.

Ил

Илана Раз родилась в Ленинграде, но уже почти 30 лет живет в Израиле. У нее необычная работа – она преподает еврейскую традицию тем, кто хочет пройти гиюр. Мы попросили Илану рассказать о своей жизни, о бабушке – пианистке в годы НЭПа и об истории ее семьи

Как я стала преподавателем для проходящих гиюр

Мы с мамой уехали в Израиль из Ленинграда летом 1990 года, через несколько дней там у меня родился сын, который стал первой саброй в нашей семье. Бабушка пережила еврейский погром в Одессе, и у нее осталась психологическая травма на всю жизнь, которая, видимо, передалась и маме. Поэтому когда в конце 80-х начался антисемитский разгул и общество «Память» устраивало митинги, мама очень испугалась, и мы спешно собрались в Израиль.

Илана с мамой Юлией

Еще в возрасте 14-15 лет мы с моей подругой пытались сами подпольно учить иврит, изучать еврейскую традицию. В Израиле первым моим желанием было освоить язык. Я пошла в синагогу и поняла, что именно там я смогу быстро выучить иврит. Так и получилось, а еще я органично для себя стала соблюдать традицию. Маме, с которой мы жили вместе, сначала было это непонятно, но потом она приняла всей душой наш новый образ жизни. Через некоторое время меня нашли через синагогу, позвонили и предложили преподавать на курсах подготовки к гиюру. Параллельно я работала педагогическим помощником в школе в спецклассе с проблемными детьми, официанткой, продавцом, директором книжного магазина.

Сегодня я отвечаю за подготовку желающих принять гиюр в части Северного округа, куда входят несколько небольших городков, в том числе Ноф-а-Галиль (бывший Нацрат-Илит), где я живу.

Илана со своей ученицей

В Израиле много приехавших по закону о возвращении — дети и внуки евреев, сами не являющиеся евреями по Галахе. Я уже 23 года преподаю в классах как на русском, так и на иврите традицию, чтобы они смогли пройти интервью в ортодоксальном раввинате и стать частью нашего народа. Сейчас всего по стране учится около 3000 человек.

Так случилось, что коронавирусом заболели два члена раввината нашего округа, и все мы, кто контактировал с ними, вынуждены были уйти на карантин.

Утром мы вышли из персонального карантина, а днем была назначена свадьба моих учеников-выпускников.

«Коронная» свадьба

Многие мои ученики прошли гиюр и успешно сдали экзамен, но не захотели расставаться. Мы создали общину и поддерживаем отношения, помогаем друг другу в разных жизненных ситуациях, взяли шефство над Домом престарелых, где находятся одинокие старики. Сейчас в нашей общине почти 600 человек.

Илана с выпускниками

Малка Сура

Моя бабушка Малка Сура (Мария Захариевна) родилась в Одессе в семье управляющего каменоломнями Захария Гофмана. Он получил образование за границей, был грамотным инженером и потому очень востребованным в своей профессии. Соблюдал традиции, регулярно ходил в синагогу, а в праздники все взрослые члены семьи обязательно присутствовали на молитвах. Семья была обеспеченной, имела свой выезд с конюхом, прислугу по дому. У супругов родилось несколько детей, но до взрослого возраста дожили три сестры. Малка Сура была старшей из них, закончила императорскую гимназию, свободно говорила на нескольких европейских языках и вообще была очень способной.

Бабушка Малка Сура

Мама вспоминала: когда она готовилась к сдаче кандидатского минимума, надо было перевести несколько сложных текстов с немецкого языка, над которыми ей приходилось сидеть ночами. Однажды подошла бабушка, к тому времени ей было уже немало лет, и со словами «над чем ты так мучаешься?» взяла тексты и тут же сходу перевела, хотя после окончания гимназии, где она изучала язык, прошло более полувека.

Она была одной из лучших учениц Одесского музыкального училища, после окончания которого уехала в Петроград и легко поступила в консерваторию. Уже в период НЭПа бабушка концертировала и была известной пианисткой в городе. Она выступала на лучших сценах, в том числе в филармонии, где ей аплодировали благодарные зрители. Карьера развивалась успешно и времени на личную жизнь не хватало, тем более, она считала, что это может помешать выступлениям. Когда в прошлом году я была в Петербурге и побывала на концерте в филармонии, то не смогла удержаться и в антракте поднялась на сцену, где много лет назад рукоплескали моей бабушке.

Илана в зале филармонии

Заочно влюбился, услышав концерт

Муж одной из сестер бабушки держал в это время свой книжный магазин. Он-то и решил познакомить Мурочку, как звали ее родственники, со своим приятелем-инженером, страстным любителем классической музыки. Но Малка Сура на вечеринку не пришла, поскольку репетировала дома сложную программу для предстоящего концерта. Родственникам, позвонившим по телефону, она объяснила, что не может прийти, но забыла положить на рычаг трубку. Завороженный ее игрой инженер не отрываясь прослушал весь концерт по телефону и заочно влюбился в пианистку. В конце концов они поженились.

Мама Юлия со своими родителями Марией (Малкой Сурой) и Владимиром Лемке. 1936 год

Расстрелян за отказ постричь

Мой дедушка Владимир Лемке родился в латвийской Виндаве, ныне Вентспилс, в семье парикмахера. Несмотря на то, что он получил инженерное образование и был грамотным специалистом, его тянуло к парикмахерскому искусству. Он говорил, что мечтает делать людей красивыми. В конце концов дедушка ушел с работы, окончил курсы парикмахеров и стал одним из лучших мужских мастеров Ленинграда. Через несколько лет у них родилась дочь Юлия, моя будущая мама. В 1937 году как-то к дедушке на стрижку попытался проскочить без очереди какой-то чин из НКВД, но ему было вежливо предложено подождать, поскольку желающие постричься у популярного мастера записывались за несколько дней. Разъяренный отказом НКВД-шник посулил парикмахеру большие неприятности. Следующей ночью «черный ворон» приехал за Владимиром Лемке. Он был арестован как враг народа, и больше семья его никогда не видела. Позже мы нашли в Мартирологе сведения о дедушке – он был расстрелян в декабре 1937 года.

Пианистка и лошадь

Бабушку с маленькой мамой выслали в Архангельскую область в колхоз. Когда они прибыли туда, бабушку спросили, кто она по специальности:

— Пианистка

— А что это такое? — удивился председатель колхоза, который раньше не слышал такого слова.

Бабушке дали лошадь и послали развозить на поля удобрения. В первом же рейсе лошадь понесла, и все удобрения, наваленные в телегу, опрокинулись вознице на голову. Упирая на то, что толку от нее в колхозе будет мало, бабушке удалось добиться перевода в Вельск, где она работала концертмейстером в детском доме и местном Доме культуры.

Бабушка в ссылке. 1938 год

В школу с лопатой

После войны бабушка с мамой оказались в Казахстане, там мама с отличием закончила Учительский институт. И, хотя ей предлагали распределение в городе, она попросила направление в сельскую школу. Так мама оказалась в селе Большая Чураковка, преподавала там математику, физику и заочно училась в Магнитогорском педагогическом институте. Зимой снегопады были такие, что заносило деревенские дома до самых крыш. Старшеклассники приходили утром с лопатами, откапывали дверь в школу и расчищали тропинку, по которой могли пройти из дома учителя. Это были целинные земли. За работу маму наградили медалью «За освоение целинных и залежных земель».

После окончания с отличием Магнитогорского института маму пригласили туда преподавать.

Мои мама и папа. 1964 год

Там она вышла замуж за моего папу, и родилась я.

Вернулись в Ленинград. Здесь мама много лет работала учителем математики в престижной 317 физико-математической школе, где преподавали лучшие педагоги города.

Выпускной альбом 317 школы. Мама – наверху в центре

Позже мы переехали в другой район, но до самого своего отъезда мама работала в школе и, только закончив учебный год, уволилась буквально за несколько дней до репатриации.

Юля, играй!

В детстве бабушка, конечно, учила маму игре на фортепиано, но много лет до отъезда в Израиль она не садилась за инструмент. Как-то раз во сне, когда моей маме было уже за семьдесят, она увидела бабушку (свою маму), которая ей сказала: «Юля, играй!». И она села за пианино, которое мы привезли еще из России, начала восстанавливать навыки, заново училась играть гаммы и разрабатывать руки. Последние пятнадцать лет до своей смерти мама играла каждый вечер, ее слушать собирались соседи, она выступала на праздниках, играла для пожилых членов нашей общины.

Могила бабушки в Петербурге

Елена Севенард

источник

 

Tags: , , ,